«7x7» продолжает представлять кандидатов на пост главы Марий Эл. Поскольку интервью с претендентами на должность выходят в агитационный период, уточним, что публикуются они на безвозмездной основе и стали возможны вследствие инициативы редакции интернет-журнала и добровольно принятого кандидатами решения. Четвертым кандидатом, согласившимся ответить на наши вопросы, стал выдвиженец Российской партии пенсионеров за справедливость Юрий Кондаков.
— Юрий Александрович, в связи с чем вы решили участвовать в выборах главы региона? Это, наверное, наиболее распространенный вопрос, который вам задают.
— В связи с чем? Партия молодая. Если вспомнить историю — в 2004 году наша партийная тройка — Амир Талгатович Шакиров, Валентина Тимофеевна Злобина и я (Партия пенсионеров) успешно завершили выборы в Государственное Собрание. Получили четыре мандата. Потом нас, Партию пенсионеров, взяли и объединили с Партией жизни и «Родиной». Я был не согласен с таким слиянием. Я не вступал в «Справедливую Россию». По этой причине не соглашусь и с обвинением Андрея Заболотских, что я перебежчик (Этот эпизод произошел во время недавних теледебатов). Перед выборами 2009 года меня исключили из «Справедливой России» — так к тому времени стала называться объединенная политическая сила. Но я об этом не жалею. У «Справедливой России» на выборах ничего не получилось, у них ни одного депутата в Госсобрании нет. Летом мне предложили снова возглавить региональное отделение Российской партии пенсионеров за справедливость. Я не отказался.
— От кого исходило предложение?
— От, скажем так, костяка этой партии. Ее до недавнего времени возглавляла Валентина Тимофеевна Злобина. Если честно — шансов на нынешних выборах у меня, наверное, нет, но надо думать о будущем, показать себя. Жизнь не заканчивается, будут другие выборы.
— На первых телевизионных дебатах все кандидаты успели немного рассказать о себе. Вы же появились лишь на вторых, когда вопросов о происхождении уже не задавали. Информации о вас мало. Напомните избирателям свою биографию?
— Родился в Волжском районе, станция Помары. Семья была большая — я седьмой ребенок. Папа рано умер, мать одна нас семерых поднимала. Учился хорошо, но за поведение всегда была «двойка». Как учебный год заканчивается — ребята по лагерям, бабушкам-дедушкам, а я отправлялся работать. Первую новую вещь, которую одел, купил в 10 классе. Это были чешские брюки. До тех пор донашивал одежду старших братьев. Работал, пока был школьником, на птицефабрике, потом учетчиком. Во время учебы — ездил по математическим олимпиадам. Первых мест не занимал никогда, всегда — вторые, третьи. Моим соперником на них постоянно был мальчик-вундеркинд, младше меня на два года. Его было невозможно победить.
После того, как закончил школу, поехал в Казань поступать в сельскохозяйственный институт. Не знал реалий, не поступил. Вернулся в деревню и год проработал трактористом. Потом без проблем поступил в наш Политех. По специальности я инженер-механик. Запатентовал несколько изобретений. Одно из последних — недавно получил патент на преобразование обычного пассажирского кресла в автомобиле в детское.
В институте вставал в 4 утра — подметал бульвар Чавайна, сад Наты Бабушкиной. Потом занятия, а вечером подрабатывал столяром в соседней общаге. В общем, работал на восьми работах. Получал хорошие деньги — 500 рублей. Это когда остальные советские трудящиеся зарабатывали по 120 рублей.
Первый работодатель пообещал квартиру, но так и не выполнил обещания. Я ушел, купил КамАЗ, перебрал его вручную, начал возить грузы. На квартиру сам заработал.
При Кислицыне решил попробовать восстановить кондитерскую фабрику. Избрали директором. В 1997 году пришел, а в 2003-м — ушел. Оставил после себя предприятие с 400 рабочими местами, восстановленным хозяйством, богатым ассортиментом — до 100 наименований продукции. Понял, что можно и нужно предприятия на грани банкротства восстанавливать.
— Почему ушли с фабрики?
— Произошел ее рейдерский захват в 2003 году. Приехали люди из Москвы, сказали: «Кондаков, мы не нуждаемся в ваших услугах». Все. Просто скупили потихоньку большую часть акций и стали фактическими владельцами предприятия эти новые люди.
— С точки зрения жителей республики, кондитерская фабрика в Йошкар-Оле вроде бы и есть, а вроде бы и нет ее…
— Там все нормально, продукция уходит вся в Москву, зарплаты платят. И слава богу, чтобы все хорошо было у них. А захват, конечно, — грязно все это было осуществлено.
Я, кстати, после коммуниста эту фабрику восстанавливал.
— А коммунисты, которых вы имели в виду, сейчас в какой партии, как вы думаете, состоят?
— Я думаю, что в партии власти.
— А нынешнее ваше место работы?
— Я опять же купил предбанкротное предприятие, кирпичный завод в Советском районе. Пытаюсь восстановить. Договорились с кредиторами о рассрочке, прокуратура нас не трогает… Пытаемся начать работать. Думаю, в октябре мы его запустим.
— А кто прежний владелец?
— Их было много. Фамилий, наверное, не буду называть. Когда-то и это предприятие возглавлял коммунист.
— Давайте поговорим про «муниципальный фильтр». Была своего рода интрига — получится ли преодолеть его у коммунистов, ЛДПР, «Справедливой России». Была кампания, связанная с официальными запросами, — кто-то их делал руководству «Единой России», кто-то — администрации главы Марий Эл. А вы взяли и собрали подписи местных депутатов в свою поддержку без всяких церемоний. Как достигли такого феноменального результата?
— Я не принимал в этом участия, у меня есть люди, помощники. С моими связями я практически всю республику знаю. Мои люди вхожи в определенные круги, те же районные собрания. Всегда можно решить вопрос. Всегда можно с людьми договориться.
— Каким образом?
— Я поставил одному человеку задачу — надо собрать. Легко, мне сказали. В Волжском районе, в Звениговском, везде проводили работу. В течение двух недель у нас все было. Другое дело, что у нотариуса оформляли затем все это. Я если бы сам собирал, собрал бы больше — сколько там было нужно, 132? Да, минимум 123 подписи.
— Что ответите тем, кто называет именно вас техническим кандидатом нынешней кампании?
— А что такое технический кандидат? Тот, кто останется до конца на выборах?
— В том числе и это… Кроме того — и выводы, которые делаются в ходе наблюдения за вашими выступлениями на дебатах…
— Откровенно скажу — мне партия предложила. Не Маркелов, не его администрация. Я скажу, что я не технический кандидат. Политику Маркелова где-то поддерживаю. Могу где-то покритиковать.
— За что бы покритиковали его?
— Ну, команду, наверное, нужно почаще менять.
— Какие-то действия в вашей избирательной кампании предполагаются? Встречи, митинги, наглядная агитация?
— Митинги точно не буду проводить. Мой электорат, я почему-то думаю, — искренние коммунисты. Задача — их привлечь, этот электорат, на свою сторону. Ну и 200 тысяч пенсионеров — вот это сила. Считаю, что выборы главы — это выборы личности. Мы не партии избираем. Мое мнение — я бы вообще запретил предвыборную агитацию. Заявился кандидатом и публикую в СМИ свою биографию. Люди должны выбирать того человека, за спиной у которого что-то, а не что впереди… А получается, народ избирает то, что уже сделано.
— Собираетесь участвовать в дальнейших дебатах?
— Да, уже и с программой их нас ознакомили.
— Не хватает ли вам там участия Леонида Маркелова? Все-таки когда все кандидаты собираются вместе, избирателю удобно сопоставлять, сравнивать.
— Мне он не нужен. Я конкурирую с теми, кто на дебатах. С ним — бессмысленно.
— Почему?
— У него опыт работы…
— Так ведь опыт работы и у других кандидатов – они депутаты Государственной Думы, ну или городского собрания Йошкар-Олы…
— Нет опыта работы, к сожалению, ни у кого. У одного — трудовая биография с 35 лет начинается, а вот насчет второго — наоборот, понятно все, как на ладони…
— Один из кандидатов вам предложил место в правительстве. Как вы относитесь к такого рода «понижающим» вас в должности предложениям?
— Свободно. Все, что связано с экономикой и финансами, — без проблем. Ради своей республики — если потребуется моя помощь, готов к этому, если будет реальное предложение.
— Что для себя полезного от участия в выборах вынесете?
— Опыт. 2021 год не за горами. Там посмотрим. Плюс — опыт понимания механизма. Плюс — самому засветиться. Хочу, чтобы ряды нашей партии пополнились.